В списках не значился. Почему стоит посмотреть новую киноверсию повести Бориса Васильева

К 80-летию Победы в Великой Отечественной войне вышла новая киноверсия знаменитой повести Бориса Васильева «В списках не значился». В центре сюжета – оборона Брестской крепости, осажденной фашистскими захватчиками, подвиг советских солдат, принявших на себя первый удар беспощадного врага.

Гарнизон крепости оказался отрезанным от командования и окруженным превосходящими силами противника. Но бойцы продолжали удерживать позиции в подземных казематах и среди руин еще как минимум месяц, а отдельные группы сопротивлялись значительно дольше. Историки утверждают, что прототип героя повести Бориса Васильева неизвестный боец, продержавшийся в крепости до апреля 1942 года. К этому времени Красная армия отбросила противника на сотни километров от Москвы. Почему этот фильм выглядит совершенно по-новому, но очень близко к тексту и замыслу писателя, давайте разберемся.

Творческий союз

Да, повесть Васильева не раз вдохновляла художников на создание спектаклей и кинолент. Но новый фильм по его повести – результат творческого союза двух режиссеров театрального – Машкова и режиссера кино – Сергея Коротаева. Любопытно, что премьера машковского спектакля прошла после выхода фильма, и постановка содержит эпизоды из киноленты, а киноактеры, как бы сходя с экрана и буквально оживая, играют на сцене театра, тем самым воплощая христианскую идею о вечной жизни. Эта мысль не была в полной мере раскрыта в прошлых постановках и экранизациях, видимо, из-за богоборческих идей, царивших в коммунистическом обществе.

Васильевская повесть, опубликованная впервые в 1974 году, изначально имела схожие с христианскими мотивы автор сам фронтовик. И в новой полнометражке эта часть повествования отражена насколько это было возможно. Текст повести в новой киноленте в основных моментах оставлен, это важно для сохранения памяти и передачи информации наиболее точно – из старой настольной книжки послевоенного поколения – новому поколению.

Главный герой картины – молодой выпускник военного училища Николай Плужников накануне войны оказывается в Брестской крепости. Он совершенно не готов к предстоящей трагедии, но героями, как известно, не рождаются.

Утро 22 июня 1941 года становится переломным моментом в его жизни: внешние связи прерываются, значительная часть гарнизона уничтожена врагом. Кинематографическая версия акцентирует внимание не только на внешней борьбе героя, но и на внутреннем его преображении. История – не просто хроника отчаянного сопротивления до последней капли крови, а глубокое размышление о становлении человека, который, несмотря на отсутствие официального назначения (в списках не значился), олицетворяет собой истинный подвиг защитника Родины. «Где тот лейтенантик?», – спрашивает у Коли старшина Степан после нескольких дней осады крепости врагом. «Он умер» – отвечает ему повзрослевший Николай. Так, в христианской традиции человек обретает новую жизнь и новое имя, и новую цель, принимая крещение.

В кинокартине Николай появляется в Бресте буквально из ниоткуда. Те, кто не знаком с повестью Бориса Васильева не знают о семье киногероя, откуда он родом. Внимательный зритель разгадает, что он из Москвы, когда Николай с удовольствием рассказывает еврейской девушке Мирре о метро и парке Горького, Мавзолее и Красной площади, приглашает ее в гости, когда все закончится. В финале истории Николай решает сдаться, только когда слышит от еврея, пришедшего в разрушенную крепость, что враг под Москвой был разбит Красной армией. Эта радость окрыляет его в безвыходной ситуации, когда он остается без патронов, без еды и убежища, а его глаза стали плохо видеть на свету.

Экшен и драматургия

Итак, картина стартует уверенно, демонстрируя размах бюджета в размере миллиарда рублей – зрелищные съемки с воздуха, эффектные взрывы, самолеты – все работает на создание военной атмосферы. Динамичные сцены заметно контрастируют с замедленной драматургией и вдумчивой и живой актерской – театральной игрой. Мы уже поняли, почему используется такой прием. Но в чем секрет такой контрастной подачи картинки – от головокружительной высоты до темной глубины? Кадры с высоты птичьего полета и – казематы? Кинооператор, будто исчерпав потенциал съемок с помощью дронов, переключается на внутренние пространства, с этого начинается абсолютно иной этап фильма – замкнутый и глубоко драматичный. Действие переносится в подземелья Брестской крепости. Ночь наступает стремительно и надолго затягивается. Лишь в третьей части картины налаживается гармоничный темп, который выдерживается вплоть до финального, самого светлого и даже засвеченного кадра…

В защиту сценаристов, которые попытались поместить основные смыслы повести в один фильм (отказавшись, например, от сериала, где легче соблюсти дословность), скажем еще об одном приеме – это закадровый голос Владимира Машкова. Он сопровождает киноповествование с первых минут. Голос автора истории демонстрирует не только оригинальный васильевский текст, он олицетворяет персонажа старшину Степана Матвеевича. Но старшина погиб, об этом мы узнаем лишь к середине киноповествования! «Так как же он может рассказывать зрителю на протяжении всего фильма?», – спросит зритель.

Душу свою – за други своя

Прототипом старшины Степана Матвеевича послужил неизвестный красноармеец, который 15 июля 1941 года бросился с Тереспольской башни со связками гранат на колонну немцев, унеся с собой десятки жизней вражеских солдат. Так поступает и Степан – положивший «душу свою за други своя» (так говорится в евангелие от Иоанна). Православная церковь почитает память воинов, павших за Отечество, также как и мучеников, отдавших жизнь за веру.

По задумке режиссера именно старшина Степан, герой Машкова, повествует о бессмертном подвиге русских солдат, потому что у Христа все живы. И Степан жив после смерти, он смотрит на крепость сверху вне времени, вне пространства – вот в чем секрет плавающей в небе камеры фильма. Кстати, видимо, портрет героя Машкова на рекламных постерах фильма (а не малоизвестного исполнителя роли Николая Плужникова), это не сколько коммерческий ход, сколько вынесение на первый план героически погибшего защитника крепости.

Степан и все погибшие боевые товарищи встают за спиной Николая, когда тот идет сдаваться. Христиане верят, что перед воскрешением Христос спустился в ад и забрал с собой некрещеных праведников. Советские солдаты, погибшие за Родину, по мысли Васильева, и есть такие праведники. Режиссер лишь эффектно подсветил эту мысль в кинокартине. Солдаты молчаливо выходят из ада подземелья вместе с еще живым Николаем, чтобы устремиться вместе в Царствие Небесное.

Выше смерти

Николай, в финале действия, совершенно уже отрекается от всего земного, ему достаточно того, что Москва не пала, достаточно веры в то, что страна выстоит в противостоянии с фашистским зверем. Его телесная немощь перекрывается силой духа, перед которой трепещет адский враг – «по команде немецкого лейтенанта солдаты вскинули «оружие на караул» и немецкий генерал… поднес руку к фуражке. А он… шел сквозь строй врагов, отдававших ему сейчас высшие воинские почести» – это текст Васильева.

Точно по тексту выстроены финальные кадры фильма. Николай не видит этих почестей: «он был выше славы, выше жизни и выше смерти». Дойдя до машины сам, игнорируя предоставленные врагом носилки, он упал навзничь, «широко раскинув руки, подставив солнцу невидящие, широко открытые глаза» – вот в чем секрет финального засвеченного кадра. Свет символизирует дар вечной жизни, а раскинутые руки героя – муки на кресте Спасителя. Последняя строчка повествования выглядит так: «Упал свободным и после жизни, смертию смерть поправ» – автор явно отсылает читателя к тропарю Пасхи – «Христос воскрес из мертвых, смертью победив смерть и тем, кто в могилах, жизнь даровав».

Кинопамятник

Яркий свет – это кульминация, которой предшествует ряд темных, будто припыленных кадров всего киноповествования. Сюрреалистичная, нарочито нарисованная действительность – режиссерский прием, которым, видимо, демонстрируется как бы написанная история глазами духа старшины Степана. Старшина предстает в образе апостола, который описывает земной путь бойцов, отдавших жизни за Отечество и путь Николая Плужникова, дольше всех сохранявшего веру в Победу, дольше всех вдохновлявших своим примером товарищей. А сам Плужников в конце фильма предстает в образе мученика или даже самого Христа. Автор описывает его невероятно худым, но стоящим перед врагом выпрямившись, сложившим руки на груди – эта деталь напоминает христианское причастие, что символизирует готовность смиренно принять и испытание, и божью благодать. Его «строгая и неподвижная фигура» была как памятник. Так повествует Борис Васильев, поэтому режиссеры проносят христианские мысли автора через весь фильм, полностью раскрывают их в финале и свой фильм-памятник о брестских защитниках они создают, опираясь на понимание классика Васильева.

«Смерти нет… И все-таки смерти нет, ребята» – говорит Николай в пустом костёле, его голос, оттолкнувшись от купола, будто предупредил о готовящемся оцеплении здания и указал на спасительное окно. «Он хотел жить, а если и умереть, то свободным» – так пишет о своем герое Борис Васильев, таким предстает его образ через весь фильм.