Связь «Ростелекома» со СМИ теснее, чем может показаться на первый взгляд
«Сибирь ПРО» – это отличная площадка для позитивного взаимодействия органов власти и бизнеса с журналистам
Мы открыты и всегда готовы к взаимодействию с коллегами из средств массовой информации
«Сибцем» вносит свой вклад в социально-экономическое развитие территорий присутствия
Считаем конкурс важным для региона, поскольку он показывает, какие темы значимы сегодня в Сибирском федеральном округе
За каждой работой стоит творческий труд автора, который заслуживает положительной оценки
По ленте конкурсных работ можно смело писать новейшую историю Сибири
Победители «Сибирь.ПРО» раскрывают нашу Сибирь в таких красках, что сердце радуется
Желаю, чтобы конкурс и впредь соответствовал своему неофициальному названию «Сибирский Оскар для журналистов
Расселения здесь ждут уже девять лет, в части квартир вместо людей уже живут мыши
Жители дома на улице Военный городок, 111, в городе Оби устали ждать, когда их аварийный дом расселят. После новостей о рухнувшей школе в Татарске и обвалившемся потолке в детской больнице № 1 им стало еще страшнее, хотя они стараются не думать о плохом. Как живут люди, снос дома которого переносят каждый год, как они справляются с полчищами мышей, крыс и тараканов и в какой момент наступает смирение, рассказываем в материале журналиста НГС Марии Тищенко.
«Таких домов по России сотни»
Когда подъезжаешь к дому № 111 в Военном городке города Оби, уже кажется, что ты попал в фильм Алексея Балабанова, потому что режим «сепия» активирован. Обшарпанный дом с обвалившимися частями, разваленные балконы, облезшая краска и проглядывающие кирпичи.
Некоторые окна в доме разбиты, и можно подумать, что он заброшен, но люди здесь еще живут — те, кто не хочет думать о своих страхах каждый день. Мыслями о том, что потолок газифицированного дома может в любой момент обвалиться, точно не поможешь.
Бабушка и дедушка сибирячки Марины переехали в этот дом в 1978 году, а мама, папа, она сама и брат — в 1994. По словам Марины, дом был признан аварийным и подлежащим сносу еще 21 июня 2016 года, но в следующем году местная администрация нашла в документах какую-то техническую ошибку. В 2018 году дом признали аварийным снова.
«В доме действительно жить очень страшно: осыпаются потолки, обои пластами отклеиваются, трещины расширяются, — рассказала Марина. — С момента признания дома аварийным меня не покидает вопрос: когда дом рухнет и люди окажутся под руинами, эту новость покажут по всем телеканалам, сядет пара чиновников, а дальше что? Ведь таких домов по России сотни, а может быть, тысячи».
Марина переехала, но в опасном доме продолжают жить ее папа и соседи.
«Мы задыхаемся, а насекомые — нет»
Жительница дома Анна среди основных его проблем называет плесень и осыпающуюся в квартирах штукатурку. Недавно она зашпатлевала и покрасила стены, минимальные работы обошлись в 15 тысяч рублей.
«Я спрашиваю у администрации Оби: «Вы нас расселять вообще не собираетесь?». Чтобы сделать здесь ремонт, нужно очень много денег. Зачем я буду вкладываться — найду, куда потратить эти деньги», — возмутилась она.
При этом у Анны есть статья расходов на квартиру, помимо коммунальных: 5 тысяч рублей в месяц она тратит на то, чтобы избавиться от тараканов, мышей и крыс.
«Мы уже сами все задыхаемся, а насекомые — нет. Как 110-й дом снесли, так к нам перешли полчища, и мы друг к другу гоняем этих бедных животных. Котики мышек ловят у нас в доме», — рассказала Анна.
Только в ее квартире сейчас живет три пушистых охотницы.
Расселить дом обещают с 2017 года, но каждый раз не находят на это денег. Ей предлагали переехать в маневренный фонд, но вместо трех комнат, в которых женщина живет с тремя детьми (двумя дочками, 19 и 16 лет, и 8-летним сыном), смогли предложить только одну.
«Мы спать должны в одной комнате как, стеллажами? Или мне палатку во дворе раскинуть? Если каждому поставить шкаф, то место кончится, — возмутилась Анна. — Мне предложили взять один, а часть одежды оставить здесь. А вы даёте гарантии, что, если дом будет пустовать, не придут какие-то мародёры или просто шкодники? На все это нет ответа».
Она хочет попасть на прием к мэру города Оби в надежде, что он проникнется этой ситуацией. При этом ситуация относится к компетенции не мэрии Оби, а правительства Новосибирской области.
По словам Анны, в их подъезде и в целом в доме, на самом деле, осталось не так много людей, которые реально продолжают тут жить.
«Может, начать расселять с тех, у кого действительно нет выхода? А так нас уже восемь лет «временно» оставляют тут и «расселяют». [Еще] на восемь лет запихать всех нас в однокомнатную квартиру? Я не согласна, чтобы ни у кого не было своего места, своего угла», — заявила женщина.
О плохом она старается не думать, но, конечно, боится, что потолок обрушится, например, на кухне. А там газ, как и во всем доме.
«Такое ощущение, что власти ждут, пока беда случится. Тогда начнут действовать», — переживает Анна.
«Всё трещит»
В другом подъезде с 2001 года живет Любовь Петровна. В одной из комнат ее квартиры по стенам видны трещины — они беспокоят пенсионерку больше всего.
«Одни трещины. И за обоями, наверное, уже по всей стене они. Причем в палец толщиной и расходятся всё время. Всё трещит», — сказала она
Если положить на пол мячик, он катится то в одну сторону, то в другую — дом так «ходит», вибрирует, продолжила Любовь Петровна. Из-за этого лампочку в туалете приходится постоянно подкручивать: сначала она горит, а через какое-то время контакт отходит.
С балкона постоянно сыпется штукатурка, особенно во время дождя.
О том, что в доме жить опасно еще и из-за газа, Любовь Петровна, как и остальные, старается не думать. Но отмечает, что с проверками по газу приходят часто.
С мышами и крысами она тоже устала бороться, призналась женщина: на средствах борьбы с ними и насекомыми она уже разорилась — только и успевает, что покупать и подкладывать новые пакетики с отравой. Съедают, но не исчезают.
«Муж умер уже, так и не дождался расселения. Думаю, мне, наверное, придётся тут умирать. Ремонт делать надо бы уже, но мы каждый год ждём — с 2016 года всё обещают расселение, — сказала Любовь Петровна. — В 2024 году приезжал губернатор, Травников, у меня даже видео где-то есть: пообещал расселить нас в 2024 году. Потом сказали, что в 2025. Теперь пришли бумаги про конец 2026. И так каждый год. Одни отписки».
Что обещали и какие новые планы
Сноса соседнего дома № 110, тоже аварийного, жители дождались, только когда его стены стали по-настоящему опасно трещать, грозя скорым обрушением. Сейчас на его месте пустырь.
О доме № 111 на сайте администрации города Оби в 2019 году писали, что в признании его аварийным в 2016 году действительно выявили нарушения, но его все равно признали аварийным в 2018 году. Срок сноса был указан до 31 декабря 2021 года.
На сайте правительства Новосибирской области есть новость за 2023 год о том, что аварийный жилой дом в обском Военном городке будет расселен на год раньше, в 2024 году вместо 2025-го — процесс должны были ускорить по поручению губернатора.
Журналист НГС направила запросы в правительство Новосибирской области и в администрацию города Оби, чтобы узнать, почему дом так и не расселили и когда планируют это сделать.
Есть и те, кто дожидается сноса дома в 2025 году: например, сейчас ищут подрядчика для сноса многоквартирного дома на Степной в Новосибирске. Он был построен в 1940 году. В мэрии города отмечали, что до конца года в Новосибирске снесут еще девять аварийных домов.