Рождение детей было в приоритете

О воспитании мальчиков и девочек, проявлении чувств и письме в будущее

На 19 октября в этом году приходится День отца. Праздник сравнительно новый, получивший официальный статус лишь в 2021 году. Накануне беседуем с Романом Зражевским. Он не строил грандиозных планов на отцовство, но трое детей сделали его жизнь по-настоящему полной и осмысленной. В его словах – не поучения, а живой опыт мужчины, для которого быть отцом – значит просто быть собой.

— Роман, представьте, пожалуйста, свою семью.

— Моя супруга Юлия (ей 35 лет) и наши трое детей: старшая дочь Дарина (12 лет), сын Захар (7 лет) и младшая дочка Мира (3 года). Впервые отцом я стал в 2013 году. Мне тогда было 25 лет.

— Помните те первые чувства, когда узнали, что в вашей семье появится ребенок?

— Помню, конечно. Это была хоть и очень долгожданная, но все равно неожиданная новость. Счастье, эйфория – вот что я чувствовал тогда. А с рождением дочери к радости добавилось легкое непонимание: первый ребенок, ничего не знаешь, не умеешь… Спасибо бабушкам, они очень поддерживали нас.

— С появлением малышки как-то изменилось ваше восприятие самой жизни и себя?

— Что касается жизни и себя в ней, честно, нечетко помню себя в том периоде. С уверенностью могу сказать лишь о том, что тогда я ощутил не просто ответственность, а обрел какую-то внутреннюю целеустремленность, дерзость, смелость пробовать свои силы в чем-то новом. Хотелось, чтобы моя семья ни в чем не нуждалась.

— Был ли момент, когда вы осознали: «Я отец. Теперь все по-настоящему»?

— Не было такого переломного момента. Ребенок просто становился новым членом семьи. Да, прибавлялось немного больше ответственности. Но не было мысли: «Все, свободная жизнь закончилась».

Конечно, с появлением детей жизнь родителей меняется. Но не кардинально. Если раньше я думал, как повеселиться и куда съездить отдохнуть с женой, сейчас вопросы те же, но путешествуем и отдыхаем уже с детьми. Дарить им впечатления – радость для меня. Их восторг меня заряжает и дает силы делать для них что-то большее.

— Многие откладывают родительство до появления финансовой стабильности. Это не ваш путь?

— Нет. Конечно, мы с женой хотели финансового благополучия, но понимали, что дети этому не препятствие, а лучший стимул: потребностей и желаний достойно обеспечить свою семью становится только больше.

Мы также понимали, что в будущем им будет интереснее с достаточно молодыми родителями. Поэтому рождение детей было для нас в приоритете.

— Вы с супругой изначально планировали стать многодетными родителями?

— Нет, в голове такого плана вообще не было. Мысль о детях — их количестве – приходила постепенно с годами сама собой, в процессе семейной жизни.

— Ваше отношение к первой и к третьей беременности жены было одинаковым?

— Да. Я испытывал одинаковую радость. Но жене третья беременность физически далась тяжелее, а вот морально, наоборот, было легче.

— Проще справляться с одним ребенком или с тремя?

— Однозначно, с тремя (смеется). На первом ребенке мы учились, на втором – закрепляли, на третьем уже все шло по накатанному. Да и старшие дети – большие помощники: могут и поднести что-то, и присмотреть минуточку.

— А как дети восприняли новость о пополнении в семье?

— Когда родился сын, старшая дочка была счастлива – одной в семье ей было скучновато. Мире тоже обрадовалась – наконец-то у нее появилась подружка! А вот Захар, узнав, что третий ребенок – девочка, расплакался. Ждал товарища для игр.

— Планируете ему брата?

— Дети в семье – это прекрасно. Но последние двенадцать лет мы живем в ритме, заданном детьми. Хочется открывать с ними мир. Сейчас такая возможность есть, а с младенцем на руках будет сложно.

— Есть ли принципиальная разница в воспитании девочек и мальчиков?

— В целом — нет. Лишь один нюанс. Всегда сыну говорю: «Веди себя, как мужчина». Пообещал – сделал, уступи сестренке (иногда они не могут поделить что-то). Какие-то такие моменты.

— Как вы разрешаете противоречие: мужчина-добытчик и мужчина-любящий отец? Как найти баланс между семьей и работой?

— Для меня противоречий нет. Обеспечивать семью – это не только про деньги. Детская радость – своего рода тоже добыча. И для меня это огромное счастье.

Я помогал жене с каждым из детей. И вставал перед работой, и ночью не спал. С первым ребенком, честно, было тяжело. Но понимал – надо.

Да, я работаю, а жена, как говорят многие, «дома сидит». Но не сидит она дома! Ей тоже тяжело: с маленьким ночью провозишься, второго утром в садик собирать, третьего – в школу. Сложно. Я понимал, что этот период временный и просто делал, что должен.

— Что для вас значит «быть хорошим отцом»?

— Для меня это значит быть естественным. Не стараться казаться каким-то идеалом, а быть таким, какой я есть. Быть любящим.

Некоторые знакомые удивляются, как ты между детьми время распределяешь? Внимание? А никак. Я не занимаюсь планированием и не расписываю свое время по минутам. Мы просто живем, и само собой выходит, что и времени, и внимания хватает на всех.

— Сложно ли вам, как мужчине, проявлять свои нежные чувства к детям? Говорить «люблю», целовать их?

— А почему я должен этого стесняться? У нас с детьми хорошие доверительные отношения. Могу и в школе поцеловать, и в садике. Сын, бывает, стесняется. Но я не стесняюсь проявлять нежность.

— Меняется ли с возрастом отношение к воспитанию детей? Есть ли чувство, что что-то упустили с первой дочкой?

— Нет, никогда такого не чувствовал. Я общаюсь с детьми и воспитываю их так, как подсказывает мне сердце. Как чувствую, так и поступаю. И в этом нет места сожалениям.

— В воспитании не обойтись без кнута и пряника. Часто этот пресловутый «кнут» оказывается в руках мамы, а «пряник» — у папы. Как в вашей семье распределяются эти поощрительно-карательные обязанности?

— Мы с женой друг друга всегда поддерживаем. Даже если я внутренне не согласен, что жена отругала или наказала ребенка, то не покажу этого. Нельзя допускать дисбаланса в воспитании. Родители должны быть едины в своем решении, иначе ребенок будет манипулировать ими.

— С какими самыми большими трудностями вы столкнулись именно как отец?

— Самые большие трудности были не в отношениях с детьми, а внутри меня. Моральные терзания, связанные с неудачами на работе. Говорят, не в деньгах счастье. Но нет. Мне морально тяжело осознавать, что я что-то не могу дать своим детям.

А сложностей с воспитанием нет. Не выспишься, устанешь – это ерунда.

— Были ли моменты, когда чувствовали себя беспомощным или неподготовленным?

— Нет. Я стараюсь не зацикливаться на таких мыслях. Когда что-то идет не так, переключаюсь. Начинаю думать о чем-то хорошем, что у меня есть. Иногда размышляю о Вселенной. Представляю, насколько она огромна. Мы в ней – лишь крошечная капля. Если мы живы – значит, нужно просто жить дальше.

— Как вы думаете, каким вас запомнят ваши дети? Каким отцом вы хотите остаться в их памяти?

— Таким, какой есть. Не идеальным. Не каким-то специально созданным образом. Хочу, чтобы вспоминая детство, они чувствовали тепло. Все, что я делаю, я делаю не для галочки и не для того, чтобы быть хорошим.

— Что бы вы написали в письме своим детям, зная, что они прочтут его, когда сами станут родителями?

— «Будьте самими собой», – наверное, слишком банально. Я бы написал, что люблю их.

— Какой самый главный совет вы бы дали мужчинам, которые только планируют или, наоборот, откладывают отцовство?

— Знаете, я не сторонник советов. Все мы очень разные. Каждый папа. Один – строгий, другой – добряк. Каждый воспитывает, как умеет. Поэтому мой совет – не слушайте советов. Слушайте свое сердце, свои желания, трезво оценивайте свои возможности. И поступайте так, как подсказывает душа.