Серия работ в номинацию «ЭкономикаПРО»

Тегеран-26: Как события на Ближнем Востоке бьют по кошельку жителей Новосибирска

02.03.2026

В первые дни марта 2026 года все мировые новостные ленты закрутились вокруг одной страны — Ирана. На первый взгляд, ближневосточная турбулентность не может затронуть далекую от Персидского залива Сибирь, но на самом деле последствия докатятся до Новосибирска уже скоро и затронут очень много.

Бензин, продукты и отпуск: как заденет обычных граждан

Бензин

Говорим «Ближний Восток», подразумеваем «нефть». Логично, что первой мыслью при очередном конфликте в тех краях чаще всего оказываются цены на бензин и очереди на заправках.

Эксперты уже спешат успокоить: ехать на заправку с полным багажником пустых канистр, услышав новости об ударах по Ирану, не нужно. Несмотря на то, что цена на бензин в Новосибирской области в феврале — начале марта росла быстрее, чем в среднем по стране, это обусловлено скорее внутренними факторами: логистикой поставок с Омского НПЗ и ростом издержек АЗС.

В конце февраля стоимость литра бензина АИ-92 составляет около 60,87 ₽, литр АИ-95 обойдется в 64,90 ₽.

Однако и внешнюю политику тоже не стоит списывать со счетов. После ударов по Ирану и угрозы перекрытия Ормузского пролива цены на нефть Brent резко скакнули вверх (до 11% за торговую сессию). То есть иранская «надбавка» может проявиться лишь опосредованно, если инфляционные ожидания подстегнут бизнес к пересмотру ценников.

Продукты

А вот здесь ситуация сложнее. Если вы любите свежие салаты зимой и весной, будьте готовы к тому, что любимые помидоры или перец могут подорожать.

Иран — ключевой поставщик так называемой «борщевой группы» и овощей в несезон. До 80% некоторых позиций (томаты, перец, картофель) в зимне-весенний период завозится в Новосибирск именно оттуда.

Овощи: Огурцы, томаты и перец в сетях «Мария-Ра», «Ярче!» или «Магнит» подорожать в цене. В январе–феврале огурцы и так подскочили на 43%, и перебои с иранскими поставками могут помешать традиционному весеннему снижению цен.

Фрукты и снеки: Любите фисташки к пиву, финики к чаю или инжир? Импорт этих товаров уже столкнулся с проблемами. Логистика через Каспий и Кавказ усложнилась, а значит, любимые сладкие и соленые закуски подорожают, либо совсем исчезнут с полок.

Но до пустых прилавков, к счастью, не дойдет. Местные тепличные комбинаты («Толмачевский», «Новосибирский») обеспечат зеленью и огурцами, но мощностей по томатам у них мало, поэтому импортозамещением иранских товаров займутся другие страны. Место иранских томатов займут более дорогие узбекские или туркменские. Гранаты из Ирана заменят азербайджанские (они дороже на 20-30%). Орехи подвезут из Турции. В любом случае, замена продуктовая будет, но ценник, скорее всего, подрастет.

Путешествия

Планируете отпуск в ОАЭ, Египет или Турцию? Иранский фактор уже вмешался в ваши планы. До Дубая самолеты уже не летят — тех, кто успел взлететь, завернули в солнечный Пакистан.

А если полеты туда и возобновятся, авиакомпании будут вынуждены обходить воздушное пространство Ирана. Это значит, что рейсы из Толмачево до Дубая или Анталии теперь длятся дольше и требуют больше топлива. Дополнительные расходы авиаперевозчики традиционно закладывают в стоимость билетов и турпакетов. Так что отдых этой весной может стать ощутимо дороже.

А как быть новосибирскому бизнесу?

Если для простых обывателей иранский кризис — это одна из многих новостей (одна из самых громких, но именно что «одна из», то для предпринимателей и сотрудников компаний, работающих с Ираном, это сигнал к действию. Для Новосибирска, который является одним из главных логистических хабов восточного направления, это особенно актуально.

Торговля

Федеральные сети (X5, «Магнит») имеют прямые контракты с Ираном (например, через структуры X5 Import). Поставки томатов, перцев, киви и орехов находятся под угрозой срыва или удорожания из-за роста стоимости фрахта и страховки грузов. На овощных прилавках «Магнита» весногй традиционно выкладывается очень много прямого импорта из Ближнего Востока и Средней Азии. В том числе иранские огурцы сорта «Кураж».

Для работаюших в Новосибирске гипермаркетов («Лента», «ОКей», «Ашан») иранский кризис бьет, в первую очередь, не по овощным прилавкам, а по фруктовым: из Ирана в Новосибирск здесь идут сухофрукты (изюм, инжир) и гранаты. Экономисты уже прогнозируют рост цен на эти товары в ближайшие недели из-за удорожания фрахта и страхования грузов.

Региональные сети («Мария-Ра», «Ярче!»), как уже писал Atas.info, критически зависят от оптовых цен на распределительных центрах, где солидная доля товара (в том числе скоропортящегося) поступает из Ирана. Если импорт оттуда встанет, закупочные цены взлетят моментально.

Транспорт и логистика

За годы «поворота России на восток» Новосибирск успел себя зарекомендовать как важнейший транспортно- логистический узел.

Вот всего один пример такой важности. Именно здесь располагается центральный офис производственно-экспортной компании «ЭПТ» (входит в группу компаний «Новый сухопутный зерновой коридор»). В 2023 году «ЭПТ» подписала соглашение о стратегическом сотрудничестве с иранской логистической компанией IranianEurasia Trading and Logistics — резидентом Особой экономической зоны «Сарахс».

«Соглашение направлено на развитие логистической концепции „Зерно +“ — организацию долгосрочных поставок зерна из РФ в Исламскую Республику Иран и дружественные страны, а также поставок товаров народного потребления в Россию в рамках обратной загрузки», — говорится на сайте компании.

Означает ли это, что теперь все закончится и «окно в Азию» будет закрыто? Совсем нет. Дороги как шли на берега Оби, так и будут идти. Не из одной страны, так из другой. Правда теперь они станут длиннее — и дороже для конечного потребителя.

Валютные риски и платежи

Даже несмотря на переход на расчеты в нацвалютах, общая нестабильность в регионе давит на курс рубля. Для импортеров это означает автоматическое удорожание каждого контракта. Компаниям, работающим с иранской бакалеей (фисташки, финики, чай), специями или сухофруктами, рекомендуется хеджировать валютные риски и искать альтернативных поставщиков в Таджикистане, Азербайджане или Турции для подстраховки.

Что делать?

Готовьтесь к росту цен на импортные овощи и орехи на 15-20% после того, как иранские продукты будут заменяться товарами от других поставщиков (Узбекистан, Турция), которые, вдобавок, будут ехать к нам дольше. Потому что прямые морские пути через Каспий могут быть заблокированы или застрахованы по космическим ставкам.

И все же, несмотря на конфликт, новосибирский бизнес по-прежнему готов работать со странами Востока. В Иране, как мы помним, в последние месяцы уже случались кризисы и те, кто сохранит партнерские связи сейчас, в итоге выиграют от отложенного спроса после стабилизации ситуации.

Экспорт зерна из Новосибирска в Тегеран: как иранский кризис отразился на регионе

06.03.2026

Кто-то мог бы назвать это началом конца: третья по величине оборота страна-покупатель российского зерна на Ближнем Востоке остановила закупки. Источники Reuters первыми сообщили о приостановке отгрузок пшеницы и мировые цены уже поползли вверх, а фрахтовые ставки бьют рекорды.

Вот только сибирских аграриев пожар в Персидском заливе не задел почти никак. Потому что Иран уже набил закрома.

Обострение конфликта на Ближнем Востоке в начале марте сильно ударило по глобальной логистике. Казалось бы, для Сибири, отправляющей зерно за тысячи километров, это должно было обернуться катастрофой. Однако первой реакцией экспертов было «выдохните, расслабьтесь».

Президент Российского зернового союза Аркадий Злочевский в разговоре с журналистами лишь устало поправляет: катастрофические прогнозы — удел тех, для кого все морские пути ведут в Персидский залив. А российское зерно идет в основном через особую экономическую зону (ОЭЗ) «Серахс», расположенную в районе Прикаспия. Второй фактор, о котором вспоминают не так часто, как о том, что «отгрузка остановлена, нам конец», заключается в том, что Иран уже купил почти все, что планировал на этот сельхозгоду (который закончится в июне). Из России ушло порядка 1,9 миллиона тонн пшеницы из запланированных 2–2,2 миллиона.

«Надо учитывать, что мы зерно через Ормузский пролив не возим. У нас в основном Каспий задействован. Каспий работает. Иран свою программу по закупкам уже практически выполнил. Запасов у них достаточно. Сейчас они могут занять выжидательную позицию», — заявил он.

Иными словами, та пшеница, которая должна была кормить Иран до лета, уже или в пути, или на складах. Торможение новых контрактов сейчас похоже на закрытие двери перед уже ушедшим поездом.

Когда нефть дорожает, а зерно — нет

В новостях любят рисовать накладывающиеся (или, наоборот, пересекающиеся) графики двух цветов. Доллар дорожает — нефть дешевеет. Нефть дорожает — зерно тоже должно дорожать. В последнем случае логика простая: раз в зоне конфликта перекрыты потоки, значит, товар дорожает. И неважно, в каком направлении его везут. На самом деле зерно не всегда продается по тем же законам, что и нефть.

Эксперты РЗС обращают внимание на фундаментальное различие: если нефть из Персидского залива перестает идти, предложение падает при сохранении спроса. С зерном ситуация иная. Даже если паника на биржах подбрасывает котировки, на физическом рынке переизбыток предложения никуда не делся. В мире зерна много, и спрос на него ограничен.

Одним из следствий этого переизбытка зерна на мировом рынке закономерно стало снижение цены — что не может радовать аграриев Алтая и Новосибирской области. Однако даже если конфликт на Ближнем Востоке их поднимет, радоваться будет рано.

Главная проблема, по мнению Аркадия Злочевского, лежит сейчас даже не в транспортировке товара, а в его оплате.

«Военные действия — это форс-мажор. Если иранская сторона откажется платить по уже отгруженным контрактам, взыскать долги через международные суды будет проблематично», — отмечает эксперт.

Цена долгого рубля

Генеральный директор ГК «ФТС-Сервис» Артем Валеев предлагает смотреть на ситуацию шире. Иранский конфликт для новосибирского бизнеса — это не история про прямые поставки в Исламскую Республику. Это история про то, как дорожает топливо и фрахт, когда закрываются важные морские узлы.

«На фоне эскалации уже начали дорожать нефть и страхование морских перевозок. Повышение стоимости топлива быстро сказывается на всей цепочке. Для Новосибирска самые чувствительные категории — те, где в цене велика доля логистики», — констатирует Валеев.

Это, прежде всего, импортные фрукты и овощи, которые везут к нам из южных регионов и из-за рубежа. Удорожание фрахта и страховок, пусть даже где-то далеко в Красном море или около Ормузского пролива, уже через пару месяцев материализуется в чеке на томаты или цитрусовые в новосибирском супермаркете.

Владимир Шастин, гендиректор консалтинговой компании Nexus Marine, бывший глава «Балтийской Фрахтовой Группы», приводит следующие цифры: морской маршрут вокруг Африки вместо Суэцкого канала добавляет 15 дней и 25–45% к стоимости перевозки. Для плодоовощной продукции, которую мы импортируем из Египта или Турции, это уже сейчас закладывает рост цен на 18–32% в ближайшие месяцы.

Особенно сильно, по его мнению, на прилавках Новосибирска подорожают томаты, цитрусовые, лук, чеснок и ранние овощи.

Китай вместо Ирана

Но есть и хорошая новость для Сибири. Она заключается в том, что новосибирские аграрии и трейдеры уже давно развернули голову на восток. Иран, несмотря на всю его важность, остается третьим покупателем, а не первым.

Экспортные отгрузки зернобобовых из Сибирского федерального округа в 2025 году показали, кто настоящий король. По данным Agroequality.ru, Новосибирская область обеспечила 40% всего сибирского экспорта зернобобовых (163 тысячи тонн) и в целом вышла на второе место по доходам от экспорта сельхозпродукции, уступив лишь Алтайскому краю. Но главный наш покупатель — не Иран, а Китай, который забрал 161 тысячу тонн продукции. В Иран, для сравнения, ушло значительно меньше.

Алтайский край, который тоже активен на этом рынке, поставляет в Иран чечевицу (15 тысяч тонн в прошлом году). Но и там основная ставка делается на Поднебесную. То есть удар по иранскому направлению для Сибири — это потеря хоть и важного рынка сбыта, но не критически важного. Тем более что через Казахстан и дальше на восток грузы идут без особых проблем.

Как выживать в турбулентности

Артем Валеев советует бизнесу не надеяться на авось, а перестраивать работу. Роста цен не избежать, но его можно смягчить. Первое — диверсификация поставщиков и наличие альтернативных маршрутов. Второе — запас по срокам и остаткам на складах.

«Лучше привезти товар с запасом на 2–3 недели раньше и чуть дороже, чем осуществлять заказы на пике цен», — говорит он.

Также эксперт рекомендует внимательнее смотреть на условия контрактов: фиксировать не только цену товара, но и правила пересмотра логистической составляющей. В некоторых случаях выгоднее перейти на мультимодальные схемы поставки: везти реже, но больше, увеличивая складские запасы.

«В текущей ситуации избыток товара на складе может оказаться выгоднее частых перевозок по очень высоким ставкам», — резюмирует Валеев.

Владимир Шастин добавляет: волна сокращений в логистических компаниях уже начинается. В первую очередь под удар попадают те, кто тесно завязан на Суэц и Красное море — то есть, южные регионы, которые «зацепило» еще в 2022 году другим военным конфликтом. Сибирь же может отделаться легким испугом, если только конфликт не затянется на месяцы. Тогда под удар попадут все: и торговля с низкой маржой, и энергоемкие производства.

Пока же ситуация выглядит так: Иран сыт, новосибирские элеваторы работают на Китай, а главный бой за цены развернется на полках новосибирских магазинов, куда через пару месяцев придут подорожавшие за время пути вокруг Африки помидоры.